Отказ в принятии жалобы конституционным судом

Главная / Отказ в принятии жалобы конституционным судом

Определение Конституционного Суда РФ от 18 июля 2017 г. № 1531-О “Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Карпова Максима Викторовича на нарушение его конституционных прав положениями статей 303 и 307 Уголовного кодекса Российской Федерации”

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина М.В. Карпова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин М.В. Карпов оспаривает конституционность положений статей 303 «Фальсификация доказательств и результатов оперативно-розыскной деятельности» и 307 «Заведомо ложные показание, заключение эксперта, специалиста или неправильный перевод» УК Российской Федерации.

Как следует из представленных материалов, по факту допущенного следователем, осуществлявшим расследование по уголовному делу в отношении М.В. Карпова, нарушения закона при составлении протокола допроса свидетеля проводилась регламентированная статьей 144 УПК Российской Федерации проверка, по результатам которой было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью третьей статьи 303 УК Российской Федерации (прокурор отказался от представления этого доказательства в суде, и оно не было учтено при вынесении приговора в отношении М.В. Карпова). В принятии жалобы его адвоката на предшествующее решение, которым было отменено постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью третьей статьи 303 УК Российской Федерации, судом было отказано, с чем согласились суды апелляционной и кассационной инстанций.

Кроме того, М.В. Карпов обратился с заявлением о том, что свидетелями по его уголовному делу были даны заведомо ложные показания, по результатам рассмотрения которого в возбуждении уголовного дела также было отказано. В удовлетворении поданной в порядке статьи 125 УПК Российской Федерации его адвокатом жалобы было отказано вступившим 5 мая 2017 года в силу постановлением суда.

По мнению заявителя, оспариваемые нормы противоречат статьям 1, 2, 23 (часть 1), 45, 46, 52, 55 (часть 3), 71 (пункты «в», «о») и 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку они позволяют признавать фальсификацию следователем доказательств по уголовному делу об особо тяжком преступлении малозначительным деянием и не привлекать к ответственности свидетелей, давших заведомо ложные показания по такому делу.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 19 марта 2003 года № 3-П, законодательное установление уголовной ответственности и наказания без учета личности виновного и иных обстоятельств, имеющих объективное и разумное обоснование и способствующих адекватной юридической оценке общественной опасности как самого преступного деяния, так и совершившего его лица, и применение мер ответственности без учета характеризующих личность виновного обстоятельств противоречили бы конституционному запрету дискриминации и выраженным в Конституции Российской Федерации принципам справедливости и гуманизма.

Принцип справедливости закреплен и в Уголовном кодексе Российской Федерации, согласно которому наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, т.е. соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного (часть первая статьи 6).

Статья 303 УК Российской Федерации устанавливает уголовную ответственность за фальсификацию доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание, следователем, прокурором или защитником (часть вторая), за фальсификацию доказательств по уголовному делу о тяжком или об особо тяжком преступлении, а равно фальсификацию доказательств, повлекшую тяжкие последствия (часть третья). Деяние, предусмотренное частью третьей этой статьи, с учетом положений статьи 15 данного Кодекса отнесено к категории тяжких преступлений.

Такая оценка федеральным законодателем характера и степени общественной опасности фальсификации доказательств по уголовному делу отражает то значение, которое имеют доказательства (которыми согласно части первой статьи 74 УПК Российской Федерации являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном этим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела) для принятия решений в уголовном судопроизводстве, а также то обстоятельство, что искажение доказательств может привести к незаконным и ошибочным судебным решениям и, в конечном счете, не только нарушает установленный данным Кодексом процессуальный порядок, но и подрывает сущность правосудия по уголовным делам как такового.

Соответственно, положения статьи 303 УК Российской Федерации не могут оцениваться в отрыве от норм, регулирующих соответствующие уголовно-процессуальные вопросы.

Так, при исключительных обстоятельствах, свидетельствующих о совершении участниками производства по уголовному делу, в том числе следователем или дознавателем, преступления, вследствие чего искажалось бы само существо правосудия, уголовно-процессуальный закон допускает возможность проведения отдельного, самостоятельного расследования этих обстоятельств, по результатам которого может быть вынесен приговор; вступление такого приговора в силу позволяет осуществить пересмотр ранее вынесенного приговора или иного судебного решения по делу ввиду вновь открывшихся обстоятельств. Соответствующее расследование проводится в формах и порядке, закрепленных уголовно-процессуальным законом, и не предполагает какое-либо ограничение участников уголовного судопроизводства и других заинтересованных лиц в их правах, в том числе в праве на обжалование в суд затрагивающих их конституционные права и свободы решений и действий (бездействия) органов предварительного расследования (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15 апреля 2008 года № 304-О-О, от 17 ноября 2009 года № 1413-О-О, от 25 февраля 2013 года № 182-О и № 289-О, от 23 апреля 2015 года № 840-О и др.).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, законодатель, устанавливая порядок отправления правосудия, обязан предусмотреть механизм (процедуру), обеспечивающий соблюдение требований, предъявляемых к правосудному — т.е. законному, обоснованному и справедливому — решению по делу, а также исправление ошибок, в том числе на стадии пересмотра судебного решения ввиду вновь открывшихся обстоятельств. В рамках уголовного судопроизводства это предполагает, по меньшей мере, установление обстоятельств происшествия, в связи с которым было возбуждено уголовное дело, его правильную правовую оценку, выявление конкретного вреда, причиненного обществу и отдельным лицам, и действительной степени вины (или невиновности) лица в совершении инкриминируемого деяния (Постановление от 8 декабря 2003 года № 18-П; определения от 29 января 2009 года № 46-О-О, от 21 июня 2011 года № 860-О-О, от 29 сентября 2011 года № 1185-О-О и от 28 июня 2012 года № 1274-О), что возможно лишь на основе проверки и оценки доказательств, отвечающих требованиям относимости, допустимости и достоверности. Только тогда суд может правильно установить, имело ли место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый, доказано ли, что его совершил подсудимый, является ли это деяние преступлением и какой нормой уголовного закона оно предусмотрено (статьи 73, 74, 85-88 и 299 УПК Российской Федерации); в противном случае ставилась бы под сомнение правосудность решения по делу. Именно поэтому заведомая ложность показаний потерпевшего или свидетеля, заключения эксперта, а равно подложность вещественных доказательств, протоколов следственных и судебных действий и иных документов или заведомая неправильность перевода, повлекшие за собой постановление незаконного, необоснованного или несправедливого приговора, вынесение незаконного или необоснованного определения или постановления, отнесены к вновь открывшимся обстоятельствам, влекущим отмену вступивших в законную силу приговора, определения и постановления суда, возобновление производства по уголовному делу (часть первая, пункт 1 части второй и пункт 1 части третьей статьи 413 УПК Российской Федерации) (Определение от 4 апреля 2013 года № 661-О).

При этом значимость нефальсифицированных доказательств для уголовного судопроизводства не ограничивается судебными стадиями. В Постановлении от 8 декабря 2003 года № 18-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что в соответствии с установленным в Российской Федерации порядком уголовного судопроизводства предшествующее рассмотрению дела в суде досудебное производство призвано служить целям полного и объективного судебного разбирательства по делу; в результате проводимых в ходе предварительного расследования следственных действий устанавливается и исследуется большинство доказательств по делу, причем отдельные следственные действия могут проводиться только в этой процессуальной стадии; именно в досудебном производстве происходит формирование обвинения, которое впоследствии становится предметом судебного разбирательства и определяет его пределы (часть первая статьи 252 УПК Российской Федерации).

Положения статей 144 и 145 УПК Российской Федерации, регламентирующие порядок рассмотрения сообщений о преступлении и определяющие решения, принимаемые по его результатам, предусматривают проведение проверки сообщения о любом преступлении, в том числе совершенном следователем при производстве по уголовному делу. При этом обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором суда, не могут служить препятствием для возбуждения уголовного дела и свидетельствовать об отсутствии признаков преступления в действиях лиц, осуществляющих производство по уголовному делу (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 июня 2009 года № 886-О-О и от 20 ноября 2014 года № 2678-О).

При отсутствии же основания для возбуждения уголовного дела, в частности при отсутствии в деянии состава преступления, руководитель следственного органа, следователь, орган дознания или дознаватель выносит постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, при этом такой отказ может быть обжалован, в том числе в суд, в порядке, установленном статьей 125 УПК Российской Федерации, регламентирующей судебный порядок рассмотрения жалоб (пункт 2 части первой статьи 24, части первая и пятая статьи 148 УПК Российской Федерации).

Соответственно, статья 303 УК Российской Федерации, действующая во взаимосвязи с приведенными уголовно-процессуальными положениями, не предполагает произвольного отказа в возбуждении уголовного дела по признакам предусмотренного в ней преступления, в том числе совершенного следователем на досудебных стадиях уголовного судопроизводства.

Что же касается статьи 307 УК Российской Федерации, то данная норма, применяемая в единстве с положениями Общей части указанного Кодекса (статьи 5, 8, часть первая статьи 14 и статья 25), предусматривает привлечение к уголовной ответственности лишь за заведомо ложные показания свидетеля или потерпевшего и предполагает наличие в их действиях прямого умысла, когда эти лица осознают, что показания, которые они дают, являются ложными, и желают дать именно такие показания (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28 марта 2017 года № 561-О).

Соответственно, оспариваемые М.В. Карповым нормы не могут расцениваться как нарушающие его конституционные права в указанном им аспекте. Проверка же решений, вынесенных в отношении лиц, участвовавших в производстве по уголовному делу заявителя, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относится.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Карпова Максима Викторовича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

www.garant.ru

Материалы дела

ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Петрова Никиты Васильевича на нарушение его конституционных прав частями первой и четвертой статьи 13 Закона Российской Федерации «О государственной тайне»

22 ноября 2012 года

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, рассмотрев по требованию гражданина Н.В.Петрова вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

у с т а н о в и л :

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Н.В.Петров оспаривает конституционность положений статьи 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5485-I «О государственной тайне», согласно которым рассекречивание сведений и их носителей – это снятие ранее введенных в предусмотренном данным Законом порядке ограничений на распространение сведений, составляющих государственную тайну, и на доступ к их носителям (часть первая); срок засекречивания сведений, составляющих государственную 2 тайну, не должен превышать 30 лет; в исключительных случаях этот срок может быть продлен по заключению межведомственной комиссии по защите государственной тайны (часть четвертая).

Как следует из представленных материалов, Н.В.Петрову было отказано в ознакомлении с целью проведения научных исследований с тремя приказами МГБ СССР, поскольку проведенной экспертизой установлено, что данные документы содержат сведения, которые согласно положениям федеральных законов от 3 апреля 1995 года № 4-ФЗ «О федеральной службе безопасности», от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и Закона Российской Федерации «О государственной тайне» составляют государственную тайну, и что их рассекречивание невозможно ввиду отсутствия изменения объективных обстоятельств, обусловливающего нецелесообразность дальнейшей защиты этих сведений.

Решениями Московского городского суда, оставленными без изменения определениями Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации, Н.В.Петрову было отказано в удовлетворении заявлений об оспаривании заключений экспертных комиссий ФСБ России об отнесении сведений, содержащихся в приказах МГБ СССР, к государственной тайне и об обязании ФСБ России их рассекретить.

По мнению заявителя, оспариваемые законоположения нарушают его право на свободный поиск и получение информации и противоречат статьям 2, 17 (часть 1), 18, 19 (часть 1), 29 (часть 4) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку предполагают, что определенный в Законе Российской Федерации «О государственной тайне» максимальный срок засекречивания сведений распространяется на документы, засекреченные после введения в действие данного Закона, и не распространяют эту гарантию на ранее засекреченные носители.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Законом Российской Федерации «О государственной тайне» предусмотрена возможность снятия ранее введенных ограничений на распространение сведений, составляющих государственную тайну, и на доступ к их носителям, в частности, при наличии изменения объективных обстоятельств, вследствие которого дальнейшая защита сведений, составляющих государственную тайну, является нецелесообразной; руководители органов государственной власти обязаны периодически, но не реже чем через каждые 5 лет пересматривать содержание действующих в органах государственной власти, на предприятиях, в учреждениях и организациях перечней сведений, подлежащих засекречиванию, в части обоснованности засекречивания сведений и их соответствия установленной ранее степени секретности (части вторая и третья).

По буквальному смыслу части четвертой статьи 13 Закона Российской Федерации «О государственной тайне», 30-летний срок засекречивания подлежит применению в отношении сведений, отнесенных к государственной тайне как до, так и после вступления в силу данного Закона. Таким образом, сама по себе эта норма направлена на сохранение баланса между обеспечением безопасности государства и правом граждан на получение информации и не может рассматриваться как нарушающая права заявителя в данном деле.

Кроме того, статья 15 Закона Российской Федерации «О государственной тайне» гарантирует гражданам право обратиться в органы государственной власти, на предприятия, в учреждения, организации, в том числе в государственные архивы, с запросом о рассекречивании сведений, отнесенных к государственной тайне (часть первая), определяя при этом обязанности получивших такой запрос организаций и учреждений по его исполнению и их ответственность за уклонение от его рассмотрения (части вторая и третья). Обоснованность отнесения сведений к государственной тайне, согласно части четвертой данной статьи, может быть обжалована в суд, а при признании судом необоснованности засекречивания сведений эти сведения подлежат рассекречиванию в установленном данным Законом порядке (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 8 декабря 2011 года № 1676-О-О).

Доводы, приведенные заявителем в обоснование своей позиции, свидетельствуют о том, что нарушение своих конституционных прав он связывает не с содержанием положений статьи 13 Закона Российской Федерации «О государственной тайне», а с отказом суда применить часть четвертую этой статьи в его деле и с принятыми по делу правоприменительными решениями, с которыми он выражает несогласие. Между тем проверка правильности выбора подлежащих применению правовых норм и их казуального истолкования правоприменителем с учетом фактических обстоятельств конкретного дела к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относится.

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

о п р е д е л и л :

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Петрова Никиты Васильевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 2226-О

media-pravo.info

В каких случаях Конституционный Суд РФ откажется рассматривать жалобу

К сожалению, часто бывает, что все формальные требования к жалобе соблюдены, а Секретариат КС РФ все равно отказывает в передаче жалобы на изучение судьями КС РФ в порядке ст. 41 ФКЗ «О Конституционном Суде РФ», либо жалоба (иногда уже после повторной подачи) судьям КС РФ на предварительное изучение передается, однако в итоге выносится определение об отказе в принятии такой жалобы к рассмотрению.

Как правило, это обусловлено ошибками, допускаемыми самим заявителем, причем еще на стадии оценки целесообразности обращения в КС РФ в принципе.

Чтобы таких ошибок, по возможности, избежать, ниже приводится перечень распространенных случаев, в которых КС РФ, скорее всего,откажется рассматривать жалобу.

A. Если заявитель делает слишком большой акцент на конкретных фактических обстоятельствах дела с его участием

Если заявитель делает слишком большой акцент на конкретных фактических обстоятельствах дела с его участием, подробно описывая суть и детали спора, КС РФ может не увидеть за такими обстоятельствами правовой составляющей дела, имеющей конституционно-правовое значение.

В такой ситуации КС РФ обычно склонен отвечать, что он « решает исключительно вопросы права и при осуществлении конституционного судопроизводства воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов» (Определение от 17 июля 2007 г. № 544-О-О; Определение от 21 июня 2011 г. № 848-О-Р; Определение от 16 декабря 2010 г. № 1589-О-О и др.).

B. Если заявитель делает акцент на несовершенстве законодательства, и по сути ставит перед КС РФ вопрос о внесении целесообразных, с его точки зрения, изменений в действующее правовое регулирование

«Заявители, формально оспаривая конституционность положения части 1 статьи 266 АПК Российской Федерации о том, что к рассмотрению дела в порядке апелляционного производства не привлекаются арбитражные заседатели, по существу, ставят перед Конституционным Судом Российской Федерации вопрос о внесении целесообразных, с их точки зрения, изменений в действующее законодательство, направленных на введение института арбитражных заседателей в апелляционное производство в системе арбитражных судов. Однако это к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, как они определены в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона „О Конституционном Суде Российской Федерации“, не относится, а является прерогативой федерального законодателя» (Определение от 18 января 2011 г. № 2-О-О).

Само собой разумеется, что часто грань между неконституционностью нормы и необходимостью ее изменения — очень зыбка.

В таком случае надо, при помощи приемов юридической техники, использовать правильные формулировки в жалобе в КС РФ.

C. Когда заявитель делает акцент на необходимости устранения коллизии положений законодательства

« Не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации и устранение имеющейся, по утверждению заявителя, коллизии между законодательными актами о налоге с продаж и Федеральным законом „О государственной поддержке малого предпринимательства в Российской Федерации“. Согласно правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 16 июня 1998 года по делу о толковании отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции Российской Федерации, суды общей юрисдикции и арбитражные суды, руководствуясь статьей 120 (часть 2) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 76 (части 3,5 и 6), в случаях противоречия между законами должны самостоятельно решать, какой именно закон подлежит применению в рассматриваемом деле. Проверка же законности и обоснованности вынесенных судебных решений возложена на вышестоящие суды» (Определение КС РФ от 15 мая 2001 г. № 89-О).

Нейтрализовать такой подход можно путем указания не на необходимость устранения коллизии самим Конституционным Судом, а путем перенесения акцента на то, что сам факт наличия такой коллизии уже свидетельствует о неконституционности обжалуемых законоположений. А КС РФ посредством соответствующего толкования нормы в соответствии с Конституцией РФ может такую коллизию снять.

Иными словами, это опять вопрос правильного использования приемов юридической техники в жалобе в КС РФ.

D. Если заявитель просит КС РФ проверить законность вынесенного в его отношении судебного акта, а не примененного положения закона, и формулирует доводы так, как если бы КС РФ был вышестоящей инстанцией по конкретному делу.

«Проверка же законности и обоснованности судебного решения, принятого в отношении заявительницы, с учетом фактических обстоятельств ее конкретного дела не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» (Определение № 1805-О-О от 21 декабря 2011 г.).

«Как следует из жалобы, оспаривая конституционность норм уголовно-процессуального закона, заявитель утверждает, что правоприменительные решения в его деле приняты вопреки требованиям этих норм, нарушен срок его задержания в качестве подозреваемого, и просит направить его жалобу с приложенными к ней материалами в суд надзорной инстанции для пересмотра состоявшихся по делу решений. Тем самым заявитель фактически предлагает Конституционному Суду Российской Федерации дать оценку не положениям закона, а правоприменительным решениям, проверка законности и обоснованности которых не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации » (Определение КС РФ от 19 июня 2012 г. № 1106-О).

E. Если проверка конституционности нормативного акта не относится к полномочиям КС РФ

По жалобам граждан и юридических лиц на нарушение их конституционных прав и свобод КС РФ может проверить только конституционность закона, но не иных нормативных актов: «Проверка по жалобам граждан конституционности подзаконных нормативных актов субъектов Российской Федерации , к которым относится утвержденный постановлением Правительства Ярославской области Порядок предоставления субсидий на компенсацию части затрат субъектов малого и среднего предпринимательства, связанных с реализацией программ по энергосбережению, включая затраты на приобретение и внедрение инновационных технологий, оборудования и материалов, проведением энергетических обследований, по технологическому присоединению к источнику электроснабжения энергопринимающих устройств, максимальная мощность которых составляет до 500 кВт включительно (с учетом ранее присоединенной к данной точке присоединения мощности), в том числе объектов инфраструктуры поддержки субъектов малого и среднего предпринимательства и сельхозпроизводителей, не относится к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации , а следовательно, данная жалоба не может быть принята им к рассмотрению» (Определение от 19 июня 2012 г. № 1091-О);

F. Если отсутствует устоявшаяся практика применения арбитражными судами обжалуемой нормы неконституционным образом

Когда речь идет об оспаривании конституционности не нормы самой по себе, а нормы по смыслу, придаваемому ей в правоприменительной практике, необходимо учитывать, что если в практике арбитражных судов отсутствуют случаи, которые бы подтверждали, что в России сложилась не соответствующая Конституции РФ правоприменительная практика толкования и применения арбитражными судами обжалуемых положений закона, аналогичная той, которая имела место в деле заявителя, КС РФ может отказаться подтвердить тезис о том, что обжалуемые положения закона неконституционны по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой.

Правоприменительная практика в данном случае будет исчерпываться делом заявителя, что опять-таки может подвести КС РФ к выводу о том, что он не рассматривает конкретные дела и воздерживается от исследования конкретных обстоятельств.

Следует иметь в виду, что в случае, когда дело быстро рассмотрено в ВС РФ, это может помочь утверждать, что соответствующая правоприменительная практика уже сложилась.

G. Если оспариваемый акт был отменен или утратил силу, либо редакция оспариваемой нормы была изменена до обращения в КС РФ, либо сразу после такого обращения, вследствие чего соответствующий пробел или несовершенство законодательства оказалось устранено

Применительно к данному условию существует одно исключение, которое допускает рассмотрение КС РФ жалоб по оспариванию акта, отмененного или утратившего силу, когда такой акт «продолжает применяться к правоотношениям, возникшим в период его действия » (п. 4 ч. 1 ст. 43 ФКЗ «О Конституционном Суде РФ»).

Таким образом, критерием допустимости обжалования в КС РФ законодательного акта является, прежде всего, факт применения этого акта в конкретном деле заявителя, и, как следствие, нарушение этим актом прав и свобод гражданина.

I. Если заявитель просит разъяснить то или иное положение законодательства

Следует еще раз отметить, что по жалобам граждан и юридических лиц КС РФ может проверить только конституционность закона, но не истолковать или разъяснить его содержание.

«Не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации и сама по себе дача конституционно-правового истолкования статьи 125, глав 19 и 20 УПК Российской Федерации» (Определение от 11 мая 2012 г. № 691-О).

Вместе с тем, в рамках проверки конституционности обжалованного заявителем положения закона, КС РФ может разъяснить конституционно-правовой смысл обжалуемого положения.

J. Когда заявитель делает акцент на противоречии той или иной нормы не Конституции РФ, а международным обязательствам Российской Федерации

«Сам по себе факт несоответствия закона вступившему в силу международному договору Российской Федерации не является основанием для принятия Конституционным Судом Российской Федерации запроса к рассмотрению. Согласно статье 3 Федерального конституционного закона „О Конституционном Суде Российской Федерации“ Конституционный Суд Российской Федерации разрешает дела о соответствии федеральных законов и иных нормативных актов Конституции Российской Федерации. Между тем заявитель не привел каких-либо аргументов, подтверждающих неконституционность положений статьи 3 Федерального закона „О переводном и простом векселе“. По сути, ставится вопрос о непосредственной проверке соответствия названного Закона международным обязательствам Российской Федерации, что Конституционному Суду Российской Федерации неподведомственно. Необходимо также учитывать положение статьи 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации, согласно которому, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора» (Определение КС РФ от 4 декабря 1997 г. № 139-О).

K. Когда заявитель просит признать тот или иной орган управления / организацию недействующим

Одной из ошибок заявителей является направленная в КС РФ просьба признать недействующим тот или иной госорган, действующий (либо, например, бездействующий), с точки зрения заявителя, в нарушение Конституции РФ.

В ответ на это КС РФ, например, может указать следующее: «Что касается требования заявительницы о признании Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации недействующей, то его разрешение не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона „О Конституционном Суде Российской Федерации“» (Определение от 2 мая 2012 г. № 889-О).

L. Когда риски от признания нормы неконституционной перевешивают положительный эффект от такого решения

Относительно недавно КС РФ провозгласил новый принцип т.н. «разумной сдержанности», когда он, взвесив все «за» и «против» признания нормы не соответствующей Конституции, отказался признавать норму неконституционной, руководствуясь тем соображением, что негативные последствия признания нормы не соответствующей Конституции РФ могут нанести гораздо больший вред, нежели тот, который причиняется в связи с существованием такой нормы в российском законодательстве.

В рассматриваемом деле речь шла о проверке конституционности абз. 2 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ, которая определяет виды имущества, принадлежащего гражданину-должнику, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам. По существу речь шла о балансе интересов кредитора (его права на судебную защиту, обеспечиваемого своевременным исполнением судебного акта) и должника (его права на жилище).

В своем постановлении КС РФ указал, что отсутствие в обжалуемом положении ГПК РФ критериев для определения разумно достаточного уровня обеспеченности жильем может приводить к несоразмерному ограничению прав кредиторов в их имущественных отношениях с гражданами-должниками и нарушать баланс конституционно защищаемых интересов. Однако признание обжалуемого положения неконституционным повлекло бы риск произвольного выбора правоприменителем указанных критериев разумности и достаточности размера жилого помещения:

«В настоящем деле Конституционный Суд Российской Федерации, обязанный при осуществлении возложенных на него полномочий исходить в том числе из недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, с одной стороны, и стабильности правоотношений в интересах их участников — с другой, не может не принимать во внимание, что в условиях, когда вопрос о том, какой размер жилого помещения на данном этапе развития общества может считаться удовлетворяющим требованию обеспечения разумной потребности человека в жилище и, соответственно, на какое жилое помещение, являющееся единственным пригодным для постоянного проживания гражданина-должника и членов его семьи, может быть обращено взыскание по исполнительным документам, федеральным законодателем не решен, признание абзаца второго части первой статьи 446 ГПК Российской Федерации не соответствующим Конституции Российской Федерации повлекло бы риск неоднозначного и, следовательно, произвольного выбора соответствующих критериев правоприменителем, причем в отношениях, характеризующихся высокой степенью социальной уязвимости людей, и при том что существующие в жилищной сфере нормативы имеют иное целевое назначение и использованы быть не могут.

Исходя из принципа разумной сдержанности и руководствуясь пунктом 12 части первой статьи 75, частью первой статьи 87 и статьей 100 Федерального конституционного закона „О Конституционном Суде Российской Федерации“, Конституционный Суд Российской Федерации в настоящем деле считает возможным воздержаться от признания положения абзаца второго части первой статьи 446 ГПК Российской Федерации не соответствующим Конституции Российской Федерации» (Постановление от 14 мая 2012 г. № 11-П).

kslitigation.ru

Смотрите так же:

  • Возврат субсидий в бюджет нецелевых Возврат в доход бюджета субсидий на иные цели при выявлении их нецелевого использования Вопрос об отражении в бухгалтерском учете бюджетного (автономного) учреждения, а также в бюджетном учете учредителя операций по возврату субсидий на иные цели (бюджетных инвестиций) при выявлении их […]
  • Приказ 247н об утверждении профессиональных квалификационных групп Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 29 мая 2008 г. N 247н "Об утверждении профессиональных квалификационных групп общеотраслевых должностей руководителей, специалистов и служащих" (с изменениями и дополнениями) Приказ Министерства здравоохранения и […]
  • Приказ мз рк 283 Приказ мз рк 283 В ДЕМО-режиме вам доступны первые несколько страниц платных и бесплатных документов.Для просмотра полных текстов бесплатных документов, необходимо войти или зарегистрироваться.Для получения полного доступа к документам необходимо Оплатить доступ. Дата обновления […]
  • Красноярск нотариус в воскресенье Красноярск нотариус в воскресенье Телефон: (391) 214-18-31, 202-61-02. выходной день: Возможность беспрепятственного доступа граждан с ограниченными физическими возможностями в нотариальную контору . Лицензия №: 115 от 24.08.94Приказ №: 246-п от 09.06.07 Примечание:Работала нотариусом в […]
  • Срок для добровольной оплаты штрафа Как правильно рассчитать срок уплаты административного штрафа и не допустить его просрочки? Согласно Кодексу Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) административный штраф должен быть уплачен лицом, привлеченным к административной ответственности, не […]
  • Решение суда по ст128 коап рф Актуальные вопросы применения судьями судов общей юрисдикции процессуальных норм КоАП РФ при пересмотре не вступивших в законную силу постановлений и решений Если выразить схематично порядок обжалования и вступления в законную силу постановления, вынесенного должностным лицом, то […]
  • Философия учебники пособия Списки литературы по философии На данной странице представлены списки литературы по философии не старше 5 лет, то есть источники 2012, 2013, 2014, 2015 и 2016 года. Представленную литературу можно найти в книжных интернет магазинах по представленным ниже ссылкам: Для посетителей из […]
  • Возврат из фсс проводка Возврат из фсс проводка Вопрос: В январе 2017 года в казенное учреждение поступили средства в возмещение расходов по больничным листам за 2016 г. Деньги зачислены на уменьшение статьи расходов, по которой были выплачены пособия. Нужно ли эти деньги перечислить в доход бюджета? Какими […]